• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: заметки (список заголовков)
13:18 

Флешмоб.

365 дней.


Сейчас я смутно понимаю, зачем я это делаю, но все-таки интересно. И в первую очередь интересно то, смогу ли я заниматься этим делом целый год. Целый. Год. Ну, что ж, попробуем. Так сказать, рискнем. Даже сделаю себе порог: 505 слов на каждый ответ. Не больше, не меньше.


День 1 - Десять вещей, которые вы хотели бы получить прямо сейчас.
День 2 - Если бы могли переместиться в реальность, описанную в книге, какую книгу выбрали бы и почему?
День 3 - Ваше лучшее детское воспоминание.
День 4.- Какое место занимает музыка в вашей жизни?
День 5 - Что вам нравится и не нравится в фанфиках?
День 6 - Доверяете ли вы психологам?
День 7 - Могли бы вы выжить на необитаемом острове?
День 8 - Ваши любимые, или наиболее интересные вам исторические деятели.
День 9 - Несколько слов об искусстве.
День 10 - Расскажите о жилище вашей мечты.
День 11 - Во что вы любили играть в детстве?
День 12 - Ваши мысли о религии.
День 13 - Расскажите о любимом персонаже книги, аниме или кино.
День 14 - Поездка, которую вы мечтаете совершить.
собственно, остальные вопросы

@темы: Заметки

21:39 

Я начинаю писать эту маленькую рецензию второй раз. Потому что это – не утренние страницы. Это непосредственно рецензия. Моя. Для меня.
***
Я никогда не питала особой любви к антиутопиям. А тут как-то само пошло, почти ни с того, ни с сего. И это было сильно, по-настоящем3у сильно и, Господи, это было жутко, это внушало неподдельный, настоящий страх перед будущим. Будущим, где нет у человека ни права слова, действия, ни даже права мысли. Мысли! Где мониторится и просматривается все. Каждая секунда и минута жизни. Где подвоха ждать приходится из каждого угла.

"Несчастная женщина, подумал он, жизнь с такими детьми – это жизнь в постоянном страхе. Через год-другой они станут следить за ней днём и ночью, чтобы поймать на идейной невыдержанности. Теперь почти все дети ужасны. И хуже всего, что при помощи таких организаций, как разведчики, их методически превращают в необузданных маленьких дикарей, причём у них вовсе не возникает желания бунтовать против партийной дисциплины. Наоборот, они обожают партию и всё, что с ней связано. <...> Их натравливают на чужаков, на врагов системы, на иностранцев, изменников, вредителей, мыслепреступников. Стало обычным делом, что тридцатилетние люди боятся своих детей. И не зря: не проходило недели, чтобы в «Таймс» не мелькнула заметка о том, как юный соглядатай – «маленький герой», по принятому выражению, – подслушал нехорошую фразу и донёс на родителей в полицию мыслей".

Я… я не знаю, право, я не знаю, как писать эти чертовы рецензии, но мне очень хочется писать об этом просто для того, чтобы вылить из себя память об этой книге. Поразительно сильной и поразительно ужасной.
Когда правительство меняет и переписывает историю. А население знает, что это происходит, но ничего с этим не делает, а глотает эту пищу, глотает это дерьмо! Не задумываясь. Ни на секунду. А тех, кто задумывался, «исправляли».
Когда человек жил в окружении лжи,заведомой лжи, которю он сам и понимал. «Министерство мира», которое занималась вопросами воины, «Министерство любви», в стенах которого пытали и издевались… Человек терял себя. Человек терял все. Человек терял даже язык!

«Новояз должен был не только обеспечить знаковыми средствами мировоззрение и мыслительную деятельность приверженцев ангсоца, но и сделать невозможными любые иные течения мысли. Предполагалось, что, когда новояз утвердится навеки, а старояз будет забыт, неортодоксальная, то есть чуждая ангсоцу, мысль, постольку поскольку она выражается в словах, станет буквально немыслимой. Слово «свободный» в новоязе осталось, но его можно было использовать лишь в таких высказываниях, как «свободные сапоги», «туалет свободен». Оно не употреблялось в старом значении «политически свободный», «интеллектуально свободный», поскольку свобода мысли и политическая свобода не существовали даже как понятия, а следовательно, не требовали обозначений. Помимо отмены неортодоксальных смыслов, сокращение словаря рассматривалось как самоцель, и все слова, без которых можно обойтись, подлежали изъятию. Новояз был призван не расширить, а сузить горизонты мысли, и косвенно этой цели служило то, что выбор слов сводили к минимуму.»

Наверное, только сейчас я поняла важность языка так такового. Его самоцель. Его роль, его позицию.. Как мало нужно для того, чтобы убить человека, не убивая его физически. Всего лишь лишить памяти и языка. Как следствие, он разучится думать. Сопостовлять. Мыслить. Разучится жить.
Как просто убить моральные ценности. Как просто убить жизнь. Как просто.

«Они никогда не взбунтуются, пока не станут сознательными, а сознательными не станут, пока не взбунтуются»

Может, это вообще как девиз, девиз по жизни. Пока не начнешь что-то решать, не станешь сознательным. Не станешь, хоть убей. Бунтовать против течения жизни, размеренного течаения. Банального такого. Непосредственного.
И… немаловажный для меня, конкретно для меня момент. Во всех прочитанных мной антиутопиях особое значение придается сексу. Банальная, впрочем, фигня… И, в принипе, нечего было бы заострять на этом внимание, если бы это не являлось еще и моей, личной проблемой! Моим заскоком. (О, это слово «мое»). Когда в человеке убивают инстинкты (1984), замещают их другой деятельностью. Или четко структурируют ее, расписывают по часам, делают не частью эмоциональной жизни человека, а банальной рутиной. Чем-то обязательным для дальнейшего продолжения рода. То, для чего идут, как на работу (МЫ). Убивая сексуальное влечение, убивали и любовь так таковую, потому что занятия любовью – логичное продолжение любви так таковой. Секс не ради секса, но ради любви. Отдача другому человеку, полная отдача, а не попытка забрать что-то у него. Вся жизнь о любви. И.. и убивать это, извращать это.
То, что сейчас девушек, которые переспали с любимыми юношами, называют шлюхами, то, что само понятие любви извращается… начинает казаться, что это часть какой-то хитроумной информационной атаки. И, как следствие, начало одной из таких же антиутопий.
Я не думала об этом с такой позиции. А сейчас.. Сейчас стало даже легче, гораздо легче. Точнее, не так. Проблема ушла. Проблемы больше нет.
В общем, все происходящее в этой книге – жутко. Очень жутко. Но благодаря ей я вынесла многое. Многое открыла. Многе поняла. А не это ли главное назначение книги и литературы в целом?...

@темы: Отрывки, Новостное, Заметки

10:43 

Первые минуты в Питере запомнились мне не красотами пейзажей и архитекруты, а людьми. Мужчина, медженно подходящий к остановке, покачивался и был укутан в ярко-красный плед, а в руках держал тлеюшую сигарету.

Затем был мальчик, который настойчиво пытался зажечь спичку о велосипед и так искренне расстраивался неудачам.

На следующий день, когда все уехали кататься на катере, я сидела и читала МЫ на заборе. Мимо проезжали мальчики юноши на роликах.
Один из них улыбнулся мне, я улыбнулась ему и он сказал "привет'. Он уехал так быстро, что я не успела ответить. Но это было так.. тепло, да, тепло. Это была искренняя улка. Теплая. И искренний привет. Теплый! И мне после этого стало тепло. Несмотря на сильный ветер и моросящий дождь.

Вечером, дважды проходя по одной улице я видела двух прекрасных барышень с табличками "конфетку за объятия". В первый раз мы просто прошли мимо, а во-второй подошли. И, блин, это было так мило! Даже мой заскок на тему личного пространства себя не проявил. Мне дали конфетку, а потом я обняла их еще раза четыре просто так, для души. Потому что они прекрасны. И искренне улыбаются. Они пожелали нам всяческих ништяков, и мы пожелали им всяческих ништяков...

Наверное, я запомню этот город именно как город искренних улыбок, а не как город, по которому ходил Пушкин. Потому что Пушкин ходил давно. А улыбаются они сейчас.


@темы: Заметки

08:40 

В последнее время меня окружает очень много всяких котиков. И я постоянно опаздываю, потому что наивно пытаюсь их запечатлеть.
Хотя, по сути, я просто оправдываю свой временной кртенизм котиками. Удачная стратегия!
Но они же такие.. такие.. такие уруруру!


@темы: Заметки

15:36 

Чистая детская наивность, инстинктивное желание добра и справедливости сопровождает нас, когда мы углубляемся в дебри невымышленной жизни, в которой
добро и припаздывает, и ошибается адресом, а в некоторых случаях просто не является, будто позабыв о своей обязанности расправляться со злом. Но детство сопровождает нас не так долго, как хотелось бы. И постепенно наивность превращается в ограниченность, а святое желание справедливости – в обыкновенную нравственную самооборону, когда человек походит уже не на малого ребёнка, а на взрослого страуса. И хочется ему, чтобы всё на свете было хорошо при помощи того, что голова кладётся под крыло и думает о совершенстве, закрыв глаза. И хочется, чтобы ничего не происходило такого, на что нужно тратить душу, нервы, сердце. Так вот для тех, кто не хочет нравственных затрат, существует и соответствующая литература. Там всё на месте.

Задело. Очень сильно задело.

"И постепенно наивность превращается в ограниченность, а святое желание справедливости – в обыкновенную нравственную самооборону, когда человек походит уже не на малого ребёнка, а на взрослого страуса. И хочется ему, чтобы всё на свете было хорошо при помощи того, что голова кладётся под крыло и думает о совершенстве, закрыв глаза. И хочется, чтобы ничего не происходило такого, на что нужно тратить душу, нервы, сердце. "

Как же это похоже на мою нынешнюю политику. Ничего не делать, закрыв глаза, и думать о совершенстве. Смотреть на мир через розовые очки. Ничего не видеть. А, точнее, видеть только то, что хочу видеть я. Ничего не решать. Закрыться в своем маленьком розовом мирке! Неправильно, неправильно, неправильно!

@темы: Цитаты, Заметки

16:43 

Кон. Дружба. Этико-психологический очерк.

Вот один пример. Двое влюбленных из рассказа А. Моравиа "Игра" пытались, объявив войну "избитым истинам", устранить из своего лексикона штампы и тривиальности. Но вскоре выяснилось, что без этих шаблонов они просто но могут общаться. Их политические суждения и оценки оказались заимствованными из газет и радио, а слова любви - из массовой литературы. Даже попытка самоубийства и та безнадежно банальна. Убедившись в этом, герои Моравиа вынуждены отказаться от опасной игры: "Ничего не поделаешь: мы, бедняги, выросли на иллюстрированных журналах, комиксах, телевидении, радио, кино и дешевом чтиве. Так давай же признаем это со всей откровенностью, смиримся и - дело с концом!"

Явная мораль рассказа итальянского писателя состоит в том, что дешевый массовый стандарт нивелирует личность, лишая ее средств индивидуального самовыражения. Однако найти оригинальный способ выражения наиболее массовых (и в этом смысле банальных) человеческих переживаний ничуть не легче, чем сделать научное или художественное открытие. Оно и есть открытие! Большинство людей всегда пользуются при этом "готовыми" формулами, привнося "от себя" лишь интонации. "Протест" героев Моравиа говорит не столько об их обезличенности, сколько о гипертрофированном чувстве собственной индивидуальности, которая не удовлетворяется готовыми экспрессивными формами и мучается их неадекватностью. Их конформизм заключается в том, что они не верят сами себе и жаждут внешнего подтверждения своей индивидуальности. Но если ты в самом деле любишь, по все ли тебе равно, сколько миллионов людей произносили слова любви до тебя?


Гипертрофированное чувство собственной индивидуальности.

Гипертрофированное чувство собственной индивидуальности.

Гипертрофированное чувство собственной индивидуальности!


Ведь и я этим страдаю. Чертово "я", постоянно это чертово "я"! Заморочка на тему шаблонных фраз, шаблонных мыслей, шаблонных чувств!
Я же даже сомневаюсь в том, что я должна чувствовать в той или иной ситуации!
Живая ли я вообще? Есть ли во мне что-то свое? Или я одна огромная копия с гипертрофированным чувством собственной индивидуальности?

@темы: Отрывки, Заметки

22:03 

Я ужасна. Я отвратительна. Я неблагодарная и мерзкая. Я расстраиваю родителей. Я общаюсь с ними, как мудак.
Зато, блин, 21 день идут своим ходом. Сейчас я никому не жалуюсь.
И даже Юле советы давать пытаюсь. Шикарно. Обливаюсь в душе слезами, а сама рассудительно твержу ей, что она - Человек. И то, что мальчик предлагает ей переспать - это, конечно, нормально. То, что она отказывает - тоже нормально. То, что он обижается - тоже нормально, но нормально потому, что он ошибся, а не потому, что она ужасный человек, не оправдавший ее надежд. И она не должна себя за это винить и корить. Потому что если бы она поступила иначе, вопреки собственным желаниям, было бы в сотню раз хуже.
Как я могу давать адекватные советы в таком состоянии? Зачем я это делаю?

И, епрст, до чего же я беспощадный сталкер. Зачем я читаю дневник Трины? Залипаю просто.
Нет, дело не в том, что она когда-то была объектом моего обожания (не путать с влюбленностью). Просто там действительно интересно. И живо.
Стоп. Она писала про "Живых". Когда она это писала? 30 марта. Я ей писала про то, что она живая, 29. Нормально.
Могли ли ее... задеть? эти слова?
Но ведь история совсем не об этом. Не знаю.

Я бесхребетный мудак. Мне нужно было решать химию, а я страдаю неведомой чухней. Раздаю дохрена полезные советики и читаю Тринц.
Лучше б химию почитала.

@темы: Заметки

22:24 

Л.Н. Толстой; Дневники.

Для меня главный признак любви есть страх оскорбить или не понравиться любимому предмету, просто страх. [...] Все люди, которых я любил, чувствовали это, и я замечал, им тяжело было смотреть на меня. Часто, не находя тех моральных условий, которых рассудок требовал в любимом предмете, или после какой-нибудь с ним неприятности, я чувствовал к ним неприязнь; но неприязнь эта была основана на любви. Я понимаю идеал любви — совершенное жертвование собою любимому предмету. И именно это я испытывал. Я всегда любил таких людей, которые ко мне были хладнокровны и только ценили меня. Чем я делаюсь старше, тем реже испытываю это чувство.

"Для меня главный признак любви есть страх оскорбить или не понравиться любимому предмету, просто страх"

Это же я испытывала и к Трине. Неужели и в правду влюбленность? Не знаю.

Дополняю эту заметку 20.04.15. И я уже не помню тех чувств. Не чувствую их. Ничего нежного и трепетного. Ничего согревающего.

Если это чувство было, то мне очень жаль, что оно прошло.

@темы: Заметки, Отрывки

Вставай, ведь такова твоя функция!

главная